Весной 1932-го Смок и Стэк снова ступили на землю своего детства, в тот самый городок, что затерялся в низовьях Миссисипи. Они долго отсутствовали. Сперва была война, окопы Первой мировой, а потом — шумные и опасные улицы Чикаго, где братья познали совсем другую жизнь. Теперь они вернулись с идеей. У старого расиста, чьи взгляды все здесь знали, они приобрели клочок земли с парой старых сараев. Замысел был прост: открыть место, где чернокожие рабочие с местных плантаций могли бы отдохнуть, послушать музыку.
Для открытия они пригласили одного парня, сына местного проповедника. Много лет назад близнецы вручили ему его первую гитару. Теперь же он выходил на самодельную сцену, и из-под его пальцев лился такой глубокий, пронзительный блюз, что казалось, будто стены ветхих построек вот-вот дрогнут. Звуки гитары плыли в ночную темноту, выходили за пределы двора. Они достигли ушей одного случайного прохожего, ирландца по крови, чья истинная, вечно жаждущая натура пробудилась от этих печальных и страстных нот. Он замер в тени, прислушиваясь, и его древний, холодный интерес был окончательно разбужен.